"Даже видимая Церковь — видима только верующим, ибо для неверующего таинство есть только обряд, а Церковь только общество" (А. Хомяков)

   На берегах рек Мечи и Таболы, где позднее возникнет город Ефремов, в XII-XIV веках, числом почти пятисот, существовали селения и городки, называемые селищами. Безобидное их население кормилось рекой и лесом: рыболовством, охотой и прославившим эти места бортничеством. Вековые леса, урожайные бортными деревьями, в которых жили пчёлы, войдут в песни и сказания. Один из этих лесов останется в истории как медовый, а вместе с ним — и устроенные при нём деревни Большие и Малые Медовые. Но это будет позднее, к концу XVI – началу XII века.

   Всё-таки недаром древние мудрецы говорили, что история не только повторяется, а также является учительницей жизни. Насколько они правы, знают и толстые стены Успенского храма, которые, наверняка, хранят в памяти не только фамилии знатных владельцев. Если бы мы хоть чуть-чуть могли понять язык этого белого камня, то, безусловно, услышали бы: «Есть только Бог, и ничего кроме Него, а всё на свете — суета сует!" Да как же иначе, когда столько разных эпох пронеслось за эти 300 лет. Так что, едва не отправили церковь в небытие.

   Когда по обрывочным записям летописей и актов приходится восстанавливать черты места, обычно основательно стёртые прошедшими столетиями, часто приходится опираться главным образом на более поздние свидетельства в тумане времени. Иногда — не более, чем скупая строка в рукописи, сельцо Таболово на речке Купелинке упоминается в далёком прошлом в связи с именами владельцев, людей славных, имеющих в русской истории место не последнее.

  На рисованной карте под названием"Чертёж земель по Каширской и Фроловской дорогам в окрестностях Москвы" 1669 года, никогда ранее не публиковавшейся, Таболово видно, как с высоты птичьего полёта. И рядом с крошечными строениями вотчинникова дома — Покровская церковь, деревянная маленькая.

   Апраксины – известнейшая аристократическая фамилия России. И поскольку один из них, Пётр Матвеевич Апраксин, построил Успенскую церковь в селе Таболово,  эти владельцы земли заслуживают особого внимания. К нему, Петру Матвеевичу, земля, судя по свидетельству "Пехрянской десятины", перешла в 1700 году.

   "Августа по 15 день. Отправлено в Нарве за победу Господу Богу благодарение при троекратной пушейной стрельбе, как с валов Нарвы, и тройных залпах от всей пехоты. Августа по 16 день ивангородской комендант… здался на договор…" (Из боевого журнала Петра Великого. Запись сделана им собственноручно).

   В 1757 году внук Апраксина продаёт село князю Дмитрию Юрьевичу Трубецкому. По имеющимся сведениям за 1766 год, тогда в церкви Успения Пресвятой Богородицы служили священник Дмитрий Александров, 57 лет, и дьякон Андрей Дмитриев, 32 лет. В самом же селе насчитывалось 35 крестьянских дворов, в которых проживали 106 мужчин, 202 женщины. Село стояло по обе стороны речки Купельни. В усадьбе владельца стоял господский дом, рядом с которым, имелся, как тогда говорили, регулярный сад.

   Пятнадцатого июля 1921 года на заседании Сухановского волисполкома под вопросом номер три слушался донос товарища Комарова. Он довёл до сведения присутствующих, что священником Введенским, проживающим на территории совхоза "Гаврилово", в "трёхнедельник" не производится "возка дров". А также упомянутый священник вмешивается в дела граждан по земельному вопросу. Постановление протокола, составленное секретарём Антоновым, было следующим: "Дело передать начальнику милиции 2-го района для расследования и передачи по подсудности".

   Церковь закрыли. Закрывали её, начиная с 1932 года, но не смогли тогда собрать нужное количество подписей, собрали лишь 85%. "В настоящее время нет предпосылок собрать 100%",— сообщается в письменном обращении к Совнаркому РСФСР Синицыну В.И.

  Чем она только ни была пятьдесят пять лет, церковь Успения Пресвяой Богородицы в Таболово. Замышлялся клуб, но вовремя передумали… Такой обычный для многих церквей клуб, где на натянутом полотне экрана будет оптимистично петь Любовь Орлова. «Славься, страна героев…" А страна героев, которую одним махом разагитировали: "Бога нет", уже катит в Магаданы и Мордовию, поминая забытого Бога в зарешеченных вагонах… На стенах, где когда-то висели столетиями намоленные иконы, играют тревожные блики света.